Skip to main content

Конференции

Просмотр конференции fido7.obec.pactet:

Предыдущее Следующее

Дата: 12 Jun 2017, 21:21:22
От: Петр Семилетов @ 2:5023/24.79
Кому: All
Тема: Лунная пыль [7]


   13

   Вечером Сергей решил отправиться в гости к солидному соседу Панкратову, этажом выше. Познакомиться. То всё здоровались, Сергей зазывал его на чай с маслом, говорил - заходите, давайте чайку попьем
с маслицем, а Панкратов воодушевленно кивал. И вот сегодня Сергей стал шарить по кухне, повторяя:
 - Где же спички?
   Хотя спички лежали на самом виду. Но ни Аня, ни Миша не подсказали. Они знали, зачем. Сергей сказал уставшим голосом:
 - Пойду по соседям одалживать спички.
   Накинув в коридоре на плечи курточку, подмигнул:
 - На разведку!
   Панкратова он застал дома врасплох, тот был зачумленный, верно спал. А ведь у него дача, что же он туда не поехал, не возится в саду? Самая пора. Потом зимой спасибо скажет. Всё своё - огурчики,
всякие там грушки-яблочки.
 - Вот как хорошо, что вы не на даче, - и Сергей без приглашения зашел.
 - Да. А что?
 - Спички кончились! - Намахов развел руками. Хозяин, видно, не понимал, поэтому Сергей пояснил:
 - Не дадите хотя б пару штук?
 - Да я вам целый коробок. Пройдите, - Панкратов указал на кухню. Пока он там поворачивался, отодвигал ящик, поворачивался обратно, Намахов был уже в комнате и цепким взглядом водил по отзеркаленным
полкам серванта.
 - Это у вас что? - спросил Сергей у вошедшего Панкратова о камне цвета колбасы, лежащем на салфетке среди прозрачных блюдец и рюмочек.
 - Полевой шпат.
 - Я возьму, снесу в краеведческий музей, - Намахов стал отодвигать стекло полки.
 - Как это?
 - Музеи нищают, острый дефицит фондов. Экспонаты разворованы и разрушены временем.
   Панкратов перехватил его руку, потянувшуюся за камнем:
 - Так пойдите в поле и найдите себе шпат!
 - Зачем? У вас он уже есть. Кто на него тут смотрит, какую пользу он приносит обществу? А в музее его положат под витрину, подпишут как надо, и так и на латыни. Народ, ходи, образовывайся!
 - Уберите руку от моего шпата, - Панкратов уже обозлился.
 - Вы знаете Зуева?
 - Нет. Кто такой Зуев?
 - Не важно. Он не спортсмен, а я спортсмен. Так вот у него не было против меня никаких шансов. И вы не тоже спортсмен, и тоже против меня ничто, я вас в скручу в бараний рог, если что. Позвольте мне
забрать камень. Мы в музее припишем - пожертвовал такой-то. Я прослежу, чтобы вас указали.
   На улице Заквасина стоит коммерческий ларек. Ничего там больше нет, только кусты, закрытые ржавые гаражи под снос, и этот киоск, с вековыми батончиками и отсыревшими пачками сигарет за витриной.
Во время гонений на лишайники, работал там Иван Зуев, частный предприниматель. Начал деятельность свою он с того, что нашел яблоко, вытер об рубашку, продал яблоко, и так постепенно обзавелся
торговым ларьком. И к нему повадился ходить Намахов, покупать в обеденный перерыв пакетик соку с соломинкой. Через весь город добирался. У Зуева, дескать, сок особый, такого вкусного нигде более в
Киеве не сыщешь.
   Если Зуев прятался, приседал под прилавок, Намахов колотил в железную дверь, стучал костяшками пальцев по стеклам, выл и катался в судорогах по асфальту, брызжа окрест белопенной слюной.
 - Соку! - вздувались на шее жилы, а руки вытягивались вдоль туловища, сжав кулаки. И снова его колотит, колотит!
   Зуев вздумал перевезти киоск в другое место, но тот врос в землю и не поддался. Я, говорит, призван Сергея Намахова соком обеспечивать, поэтому не сдвинусь даже. И чтоб всегда сок был в наличии!
   История про шпат закончилась репортажем на телевидении. Намахов говорил в камеру:
 - Я знаю этого Панкратова, хороший вроде мужик. 
   Журналистка с микрофоном в руке кивала, Сергей обличал соседа, стыдил:
 - В то время как музейные фонды нищают, у него дома, на полке, стоит полевой шпат.
  Журналистка всё кивала.
  А после двадцать второго декабря резко потеплело. Правительство, посовещавшись с синоптиками, постановило следующий день считать пятнадцатым апреля. Как по команде, на деревьях сложились зелеными
ладошками листья. На улицах появились выводки велосипедистов. Оседлали железных коней и Намаховы. По дороге в Бровары познакомились с другой велосемьей - Журковыми. Их было четверо - молодые еще
супруги Лена и Степан, да их дети Боря с Людой, подростки.
   Стёпа любил говорить про всех - веломама, велопапа, велодочка, велосын. На одинаковых горных великах, в круглых шлемах, перчатках, с рюкзаками за плечами - красным, зеленым, желтым, малиновым.
   Только они ехали из Броваров, а Намаховы наоборот, туда, и по шоссе рядом с птицефабрикой врезались - Сергей в Стёпу, Аня в Лену, Миша в Люду. Один только Боря уцелел.
   Договорились отправиться вместе в Подгорцы. Журковы предложили, места мол красивые. Ну и встретились через неделю под Зверинецким холмом у моста Патона, чтоб сразу на юг оттуда. Намаховы тоже
решили блеснуть, во всей экипировке - шлемы, яркие жилеты поверх футболок. Но Стёпа был в настоящих облегающих велоштанах, а Сергей в обычных спортивных. Намахов закивал головой:
 - Полная форма!
   На что Степан ответил:
 - Вы помните закон Ома?
 - Нет, - растерялся Сергей. Дети Журковых переглянулись, Боря зловеще сказал:
 - Он не помнит закон Ома!
   Вяло переговариваясь, двинули по шоссе между горой и Выдубицким озером, за которым синел Днепр. Впереди один мост, другой, дальше могуче горбятся прибрежные, темно-зеленые от деревьев холмы.
Заехали как-то не туда, вдоль забора ботсада, и ближе к перекрестку со сбегающей сверху Тимирязевской улицей решили перебраться через рельсы железной дороги.
   Тут Степан объявил:
 - Смотрите на меня! КилоОм!
   И надул щеки. Дети его рассмеялись, Боря аж к рулю пригнулся и едва с велика не упал.
 - Не правда ли, он очень остроумен? - гордо спросила Люба у Ани.
 - Мой Сережа тоже любит пошутить! - как бы возразила Намахова.
   За коротким железнодорожным мостом над речкой Лыбедью, под крутой Лысой горой у Люды резко спустило колесо. Все остановились, Степан начал помогать дочке менять камеру - благо, у каждого была
запасная. Боря снял шлем и явил небритое лицо. Особо заросшими были баки. Он их почесывал и тревожно озирался.
   Мише чего-то захотелось позадираться. 
 - Хочешь, я подарю тебе бритву? - спросил он.
 - Я как человек-росомаха, - тихо сказал Боря.
 - Не верьте ему! Он всё выдумывает, - Лена подошла и надела сыну шлем. Но Боря продолжал загадочно водить глазами и поеживаться. Будто ему холодно, будто что-то должно случиться.
 - Чему не верить? - спросил Миша.
 - Что он оборотень.
 - На него иногда находит! - велопапа отвлекся от возни с шиной и хохотнул.
 - На меня тоже иногда находит, - процедил Сергей, но так, что никто не слышал.
   
   14

   Из воспоминаний Анечки. Как она и Сергей встретились. Он ехал в троллейбусе и увлеченно решал кроссворд. Она сидела рядом. Он сказал сам себе:
 - Фамилия из трех букв!
 - Гук! - отозвалась Аня.
   Сергей удивился ее уму. Потом они поженились.

   15

   Мишу послали в оптовый ларек за коробкой сырников. Пошел, купил. По пути домой наплыло на Мишу доброе расположение духа. Он пальцем вскрыл полиэтилен наверху коробки и стал раздавать сырники
понравившимся прохожим. Предлагал с улыбкой:
 - Возьмите сырничек.
   Или:
 - Сырничек попробуйте.
   Некоторые люди брали. Вернулся домой, а коробка уже пустая. Разбил свою копилку в виде кошки с поднятыми лапами, отправился снова в оптовый ларек, приобрел коробку сырников. И снова на улице
благодушие накатило:
 - Попробуйте сырничек!
   Так все раздал. 
   Отец в коридоре встречает, руки тянет, облизывается:
 - Сырнички!
   Миша только руками развел.
 - Ничего, сын, - сказал Сергей, - Ничего. 
   И стал обои от стены отдирать. Отодрал кусок, на кухню понес, полил сверху соевым соусом, начал жевать. Головой кивает:
 - Пойдет, пойдет.
   На Мишу набросилась Аня:
 - Ты знаешь, что у папы нет работы? Что у меня нет работы! Это были нашли последние деньги, а сырники они питательные, понимаешь? Мы бы как-то перебились на них до зимы, а там стали бы заготавливать
снег...
 - Погоди, - успокоил Сергей, - Погоди. Что-нибудь придумаем. 
   И Намахов решил заняться преподавательской деятельностью. Договорился со знакомой библиотекаршей о помещении - кажется на Демиевке - и стал раз в неделю читать курс "Как рисовать пальцем". А Миша
с Аней расклеивали по метро объявления о наборе на курс.
 - Вам не нужно знать, - улыбался Сергей слушателям, - как надо грунтовать холст, смешивать краски, не нужно разбираться в толщине кисточек. Природа уже дала нам лучший инструмент для рисования -
палец. Берем любую баночку с краской, а хоть бы и эту гуашь, - поднимал баночку, - обмакиваем в нее палец и рисуем на любой поверхности.
   Сергей одет в голубую куртку и малиновый берет. Дверь раскрывается, в помещение, увешанное портретами классиков литературы, танцующей походкой, кружась и не то напевая, не то бормоча, посещает Аня
в длинном платье.
 - Моя муза, - представляет ее Сергей. Муза заливается смехом и выбегает, прикрыв лицо рукой. Ах!
   Натурщиком выступал Миша. Его собирались вот-вот вышибить из института, сам ректор против него ополчился. Поэтому Миша махнул на учебу рукой и помогал отцу. Он стоял на постаменте, переменяя позы,
а его срисовывали.
   Однажды к ним пришли художники из какой-то академии - и преподаватели, и ученики, и начали всё громить. Сергей, конечно, парочку вырубил восточными приемами, но его скрутили и засунули в кладовку,
а Мишу не тронули, Мишу приняли за статую - так хорошо он замер.
   Художники, разорив также и библиотеку, повесили на видном месте портрет какого-то патлатого бородача и ушли. После этого Намаховы стали искать для своего курса новое помещение, и тут пришла в
голову мысль обратиться к Мурмызову.
   Председатель кооператива Мурмызов в детстве мечтал быть начальником жэка. В юношестве, обратившись к богу, он в представлениях своих уподобил начальника жэка тоже господу, но с меньшими
полномочиями. Жильцы молятся - звонят с жалобами. Начальник в праве уважить их молитвы и ниспослать по известным адресам благо. Просишь воды из крана? Водопроводчик, словно ангел, спешить починить.
Нет света? Да будет свет! И является электрик.
   И зудела в Мурмызове мысль - а где учат на начальника жэка, как им стать? Дядя вот его Николай работал начальником столовой, еще в семидесятые. А отец тот был ботаником, гербарии собирал по всему
миру, привозил из командировок то пробковый шлем, то восточный ковёр. Кого же спросить? Матушка Мурмызова та скупала спички в предчувствии больших перемен. Спички после государственных потрясений
самая верная валюта, они да еще соль. Покупай за раз соли по три пачки, складывай в сухое место, потом соль обратится в золото. "Капитал в потенциале", - говорила Мурмызову мать. А отец всё листочки
собирал. Приклеит в альбом, подпишет каждый листик, и несет в академию наук. Время от времени получает от них новую ученую степень, а то и предложение - не желаете ли издать свой труд? Еще пишете?
Так поторопитесь! Ставим вас в план.
   Уже на склоне лет Мурмызов, войдя в доверие к членам домового комитета, был назначен ими председателем кооператива в обход общего голосования. К тому времени у него уже были ключи от подвала,
чердака и сарая, а также электродрель, позволявшая Мурмызову ощущать себя мастером на все руки.
   У этого-то жука, из-под кровати коего каждое утро, а то и вечером вылезали двойники и потребляли то газ, то воду, а некоторые оставались надолго жить в квартире, или внезапно исчезали, либо были
съедаемы, Намаховы решили арендовать сарай или подвал.
 - Он не захочет, - сказала Анечка.
 - Точно, - согласился Сергей.

--- wfido
Origin: Отправлено через http://wfido.ru (2:5023/24.79)

Предыдущее Следующее

К списку сообщений
К списку конференций